Рельефная поверхность белого фарфора ловит свет иначе, чем полированный камень или стекло. Она рассеивает его — мягко, ровно, почти как снег. Поэтому стол, сервированный рельефным фарфором, выглядит не «нарядным», а спокойным. Тишина в нём — это не пустота, а отсутствие шума.

Кобальтовый рисунок — другая история. Это орнамент, привезённый из лиссабонских и фесских мастерских, где узор наносят от руки, оттенок к оттенку. Каждая тарелка немного отличается от соседней. В этом и состоит её цена — в едва уловимой непохожести.

Между этими двумя полюсами — белой тишиной и синей геометрией — и живёт красивая жизнь. Не в музее и не на витрине, а в обычный вторник, когда кто-то ставит чашку на блюдце и наливает чай.